Мы мало обращаем внимания на Ветхий Завет и мы совсем не обращаем внимания на Древний Египет. Спросят: «А зачем нам Древний Египет»? Ну хотя-бы затем, что наверное неслучайны эти слова "из Египта вывел нас Господь". (Суд. 6:13)

А вот эти слова: «Входите тесными вратами, потому что широки врата и пространен путь, ведущие в погибель, и многие идут ими; потому что тесны врата и путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их» (Мф. 7:13,14), мы пожалуй все знаем.

О чем идёт речь? Собственно широкий путь относится к ловушкам сатаны.

И потому мы очень уверены в том, что узкий и тесный путь есть именно путь изнеможений в борьбе со грехом и предпочитаем не вспоминать слова Христа: « Придите ко Мне всетруждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесьот Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Моеблаго, и бремя Мое легко». (Мф. 11:28-30)

А вот ещё интересные слова:

« Для них Я сотворил век; но когда Адам нарушил Мои постановления, определено бытьтому, что сделано. И сделались входы века сего тесными, болезненными, утомительными, также узкими, лукавыми, исполненными бедствий и требующими великого труда. А входыбудущего века пространны, безопасны, и приносят плод бессмертия. Итак, есливходящие, которые живут, не войдут в это тесное и бедственное, они не могут получить, что уготовано». (Езд.7:11-14)

Как интересно! Что же мы видим? В Новом Завете Он предупреждает об опасностях пути широкого, а в Ветхом обещает нам некий путь пространный? Уж не противоречие ли мы видим? Но разве такое у Бога возможно? Нет конечно, но тогда как всё это понять? Где истина?

О чем говорит Господь в Ветхом Завете? О входах века сего. Что это за входы? Входы куда? Давайте вспомним слова: "из Египта вывел нас Господь". Или это: «На заре погибнет царь Израилев! Когда Израиль был юн, Я любил его и из Египта вызвал сына Моего». [Ос.11:1] Это об Израиле сказано.

А вот и о Христе: «да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: из Египта воззвал Я Сына Моего». [Мф.2:15]

Может тут кроется разгадка? Ведь образ Египта есть образ рабства, а образ фараона есть образ сатаны. Посмотрим верования древнего Египта. Что там видим?

Оказывается там тоже есть представления о воскрешении и о Небе. Вот только путь туда весьма непростой и состоит из многих преград после смерти (воскрешения). Может об этих входах речь?

Посвящённые Древнего Египта

считали, что человек - это многомерное существо, которое имеет семь оболочек (из которых были поименованы пять), соответствующих семи уровням его существования. С этой многомерностью связан и весьма сложный обряд погребения.

Вспомним, что в христианстве человек троичен, только ( дух, душа и тело).

Произнеся приветствие Ра и богам, умерший в своей «исповеди отрицания» отрекался от всех грехов. Он перечислял 42 греха и клятвенно заверял богов, что не совершал их и не виновен. Христиане после смерти уже ни от чего не отрекаются. Им стоит каяться ещё при жизни, при жизни принять царство Божие, которое внутрь нас есть.

Только миновав множественные препятствия, энергетические оболочки Ка, Ба, Эб, Ахумершего достигали зала Загробного Суда - Величественного Чертога Двух Истин. Вход в центральный неф этого Чертога также требовал знания имён стража, привратника, глашатая, заклинаний ворот, створок, косяков, засовов и даже пола.

Войдя в центральный неф Чертога, умерший представлялся богу Ра и присутствующим богам, которые вершили Загробный Суд.

Среди богов непременно присутствовали боги Великого Сонма (Ра, Шу, Тефнут, Геб, Нут, Гор, Исида, Нефтида, Хатхор, Сет, бог божественной воли Ху и бог разума Сиа) и боги Малого Сонма (42 бога, по количеству областей-номов Египта). Умерший произносил оправдательную речь перед каждым из сонмов.

Собрание богов включало Великую Гелиопольскую Эннеаду, то есть «девятку», куда входили Ра-Атум и восемь богов, ведущих свое начало от Атума: Шу и Тефнут, Геб и Нут, Нефтида и Сет, Исида и Осирис; Мемфисскую Триаду: Птах, Сехмет и Нефертум; Великую Огдоаду, то есть «восьмёрку» богов, которые олицетворяли стихии: мужские божества с головами лягушек и их женские пары с головами змей - Хух и Хаукет, Нун и Наунет, Амон и Амаунет, Кук и Каукет; Малую Эннеаду (42 бога).

Тем временем боги Тот и Анубис взвешивали душу-сознание (Эб) умершего на Весах Двух Истин. На одну чашу клали Эб, на другую - перо богини справедливости Маат. Если умерший лгал, отрицая свой грех, указатель весов отклонялся. Если же чаши Весов оставались в равновесии, умершего признавали «правогласным».Изображение-миниатюра

После исповеди

После исповеди отрицания всех грехов умерший должен был обратиться к Малому Сонму богов, назвать по имени каждого из 42 богов и произнести «вторую оправдательную речь».

Когда собеседование заканчивалось, вперед выступали дух-хранитель Шаи, богиня Месхент, богиня доброй судьбы Рененутет и душа-проявление умершего Ба. Они свидетельствовали о характере покойного, его добрых и злых мыслях, словах и делах.

Богини Нейт, Нефтида, Исида и Серкет-скорпион выступали с оправдательной речью в защиту покойного.

Приняв во внимание результаты взвешивания души-Эб Тотом и Анубисом, свидетельства души-Ба покойного, доводы обвинителей Месхент, Шаи, Рененутет и защитников Исиды, Нефтиды и Нейт, Великая Эннеада выносила вердикт.

Если приговор был обвинительным, то сердце умершего отдавалось на съедение ужасной богине Амме («Пожирательнице»), чудовищу с телом гиппопотама, львиными лапами и гривой и пастью крокодила. Если приговор оказывался оправдательным, все оболочки умершего отправлялись в Святая Святых Храма Двух Истин, к престолу Осириса.

Итак видим, что путь к Небесному чертогу у египтянина был весьма непрост. Стоит учесть, что вначале этим путём вообще могли пройти не все, а только один фараон.

Умерший целовал порог, благословлял части двери и нефа Святыни, и представал перед Осирисом, восседавшим в окружении Исиды, Нефтиды, Маат, писаря Тота и четырех сыновей Гора в цветке лотоса. Тот объявлял о прибытии умершего, очищенного от всяких грехов и причисленного к лику святых. Побеседовав с прибывшим милостиво, боги отправляли его в Обитель Вечного Блаженства (Поле Тростника, или Поле Удовлетворения) в сопровождении духа-хранителя Шаи. Путь в обитель блаженных духов (Ах) преграждали последние Врата, которые следовало назвать по имени и произнести заклинания бога-хранителя.

Христос же всем нам говорит: « А входы будущего века пространны, безопасны, иприносят плод бессмертия. Итак, если входящие, которые живут, не войдут в это тесное ибедственное, они не могут получить, что уготовано». (3 Езд. 7:13)

Тут понятно, что век будущий это конечно время небесное и входы в него это входы « будущего века» пространны, безопасны, и приносят плод бессмертия.

Но ведь и Им же сказано что именно входы века сего сделались тесными, болезненными, утомительными, также узкими, лукавыми, исполненными бедствий и требующимивеликого труда.

Мы случайно не заплутали в трёх соснах? Какой век сегодняшний? Какой будущий? О каких Заветах речь?

Есть у Алексея Ильича Осипова такой лекторский прием – надергать цитат из Писания и Предания, и махать этим букетом, завораживая, таким образом, свою благодарную публику. К сожалению, предлагаемые профессором цитаты оказываются иногда не в тему и не в точку, и без учета обстоятельств и времени появившегося в свет того или иного письменного сочинения. Но из этих на скорую руку настриженных лоскутков профессиональный эксперт нередко сшивает свое заключительное обвинение в прелести, в наваждении бесовском, а то и совсем, в ереси.
Вот и в данном случае, профессор сугубо обращается к преп. Исааку Сирину, который, на его взгляд, "с наибольшей точностью и силой" отвечает на затронутый им вопрос.

: " Нет способа возбудиться в душе Божественной любви, во след которой таинственно течешь ты в отшельничестве, если она не препобедила страстей».

Звучит увесисто? Позволю тут с профессором на цитатах из того же преподобного подуэлиться . Вот одна из них, нарытая мною:

" Прийти от труда и борьбы с помыслами к просветленной любви к людям, и отсюда ужеподняться к любви к Богу – такого достичь в этой жизни, прежде исхода из мира, как быкто ни боролся, невозможно".

< >: " Кто говорит, что не препобедил страстей и возлюбил любовьк Богу, о том не знаю, что он говорит".

< >: " То, что он не сможет достичь просветленной любви к людямпосредством борьбы, в этом я убежден, нет никого, кто достиг бы ее так, и никто недостигнет этой цели таким путем в настоящей жизни".

< >: " Но скажешь: не говорил я «люблю», но «возлюбил любовь». Иэто не имеет места, если душа не достигла чистоты".

< >: " Без опьянения в Боге никто не обретет естественным образомдобродетель, которая не принадлежит ему, так, чтобы она осталась в нем тихо и безпринуждения…Итак ты видишь, что благодаря одним лишь заповедям не обретаетсясовершенная любовь к людям".

Вот она, святоотеческая мысль: добродетель, сколько бы ни старался человек в аскетических подвигах "не принадлежит ему", потому вся наша "праведность, как испачканная одежда"( Исаия 64:6). А подвижнические труды можно для себя записать в сверхдолжные добрые дела (opera supererogationis) только у католиков.

Так что же есть путь широкий и путь узкий? Думается путь широкий это путь нампривычный, земной, а путь узкий это путь духовный. Увы не многие идут путем духовным, чаще путем подсказанным сатаной.

А ещё представляется так. Христос говоря о широком пути предупреждает тех, кто пытается для достижения Неба использовать не только Его путь, но и иные языческие учения, то, что мы сегодня именуем как экуменизм в широком смысле слова.

Проповедует некий: «Я могу и не любить, могу даже и ненавидеть, но должен делать дела любви и тем спасусь». И невдомёк ему, что Господь хочет любви от нас, а не механических дел любви. Скажут вот ведь «вера без дел мертва», и это правда, но каких дел ждёт от нас Отец наш небесный? Дел, которые не только нас ведут к Нему, но и тех, кому мы помогаем идти к Нему. Дела любви и есть дела помощи ближнему в совместном пути духовном, пути Христовом.