Великая княгиня Елисавета (Елизавета Александра Луиза Алиса), родилась 1 ноября 1864 года. Она была дочерью Великого герцога Гессен-Дармштадтского Людвига IV и принцессы Алисы, дочери королевы английской Виктории. В семье её звали Элла.

Мать Эллы Принцесса Алиса раздала большую часть имения на благотворительные нужды. У герцогской четы было семеро детей: Виктория, Елисавета (Элла), Ирэна, Эрнест-Людвиг, Фридрих, Алиса (Аликс) - будущая Императрица Российская Александра Федоровна, и Мария. Старшие дети все делали за себя сами, были обучены хозяйству и рукоделию. Но главное, их учили сострадать.

Вместе с матерью они ездили в больницы, приюты, дома инвалидов. Приносили охапки цветов, делили на всех, букеты ставили у каждой кровати.

Принцесса Елисавета росла очень красивой девушкой, высокой, стройной, с прекрасными чертами лица. Ее красота соответствовала и ее духовным качествам. У нее отсутствовали всякие признаки эгоизма. Она была жизнерадостной и отличалась тонким чувством юмора. Бог наградил ее даром живописи и чувством музыки. С ее появлением прекращались детские ссоры. Все начинали уступать и прощать друг другу.

Как говорила впоследствии сама Елисавета Феодоровна, на нее еще в самой ранней юности имели огромное влияние жизнь и подвиги святой Елисаветы Тюрингенской, королевы Венгерской в честь которой она носила свое имя. Эта католическая святая, родоначальница герцогов Гессенских, прославилась делами милосердия и даром чудотворений. Муж запрещал ей заботиться о несчастных и был жесток в обращении с ней. Однажды она шла в тюрьму навестить узников и несла в корзинке хлеб, сверху прикрытый мантильей. Навстречу муж: «Это у тебя что?!» Отвечает: «Розы…» Он сдернул прозрачный покров, а под ним – розы! Она похоронила мужа, скиталась, бедствовала, жила в нищете, но Божьему призванию не изменила. Уже в преклонные лета организовала лепрозорий и сама ухаживала за прокаженными.

В родительском доме в Дармштадте всегда было много музыкантов, артистов, художников, композиторов, профессоров. Одним словом, одаренных людей самых разных специальностей. Здесь собиралось уникальное по духовной и культурной глубине общество.

Когда Елизавете было 11 лет, заигравшись, упал с балкона на каменные плиты ее трехлетний брат Фридрих. Он был болен гемофилией и умер в мучениях от полученных ушибов. Она первая его окровавленного подняла и внесла в дом. В этот день она дала обет Богу – не выходить замуж, чтобы никогда не иметь детей, никогда так страшно не страдать. В 14 лет она похоронила мать, безвременно ушедшую в 35 лет от дифтерита. В тот год закончилась для Елисаветы пора детства. Горе усилило ее молитвы. Она поняла, что жизнь на земле — путь Креста. Ребенок всеми силами старался облегчить горе отца, поддержать его, утешить, а младшим своим сестрам и брату в какой-то мере заменить мать.

Великая княгиня Елисавета Фёдоровна и великий князь Сергей Александрович Фотография 1892 года

На двадцатом году жизни принцесса Елисавета стала невестой великого князя Сергея Александровича, пятого сына императора Александра II, брата императора Александра III. Великий князь, вступая на пост генерал-губернатора Москвы, обязан был жениться, и сделал предложение Элле, которую знал еще с детства, когда он приезжал в Германию со своей матерью, императрицей Марией Александровной, также происходившей из Гессенского дома. До этого все претенденты на ее руку получали отказ. Однако к русскому князю, человеку глубокой веры и верности Христу-Спасителю, она сразу почувствовала расположение. Он был высококультурным человеком, любил чтение и музыку, очень многим помогал, не афишируя этого. Она сказала ему о своем обете, а он: «Вот и хорошо. Я и сам решил не жениться». Так состоялся этот (нужный России из политических соображений) брак, в котором супруги обещали Богу хранить девство.

Вся семья сопровождала принцессу Елисавету на свадьбу в Россию. Вместо с ней приехала и двенадцатилетняя сестра Алиса, которая встретила здесь своего будущего супруга, цесаревича Николая Александровича. Елисавета Феодоровна в первый раз вступила на Русскую землю в день Пресвятой Троицы.

Венчание состоялось в церкви Большого дворца Санкт-Петербурга по православному обряду, а после него и по протестантскому в одной из гостиных дворца.

Великая Княгиня занималась изучением русского языка, культуры и истории России. Для принцессы, которая выходила замуж за Великого Князя, не требовалось обязательного перехода в Православие. Но Елисавета Феодоровна, оставаясь еще протестанткой, пыталась как можно больше узнать о Православии, видя глубокую веру мужа, который был очень благочестивым человеком, строго соблюдал посты, читал книги Святых Отцов и часто ходил в храм. Она все время сопровождала его и полностью выстаивала церковные службы. Она видела радостное состояние Сергея Александровича после принятия им Святых Таин, но, будучи вне Православной Церкви, не могла с ним разделить эту радость.

Великая княгиня сразу же очаровала всех своей сердечностью, простотой обращения и тонким чувством юмора. Она умела создать вокруг себя уют, атмосферу легкости и непринужденности, хорошо танцевала и, имея прекрасный вкус, умела красиво и изящно одеваться. Она была ослепительно красива. В те времена говорили, что в Европе есть только две красавицы, и обе — Елисаветы: Елисавета Австрийская, супруга императора Франца-Иосифа, и Елисавета Феодоровна.

Художники, пытавшиеся нарисовать ее портрет, не смогли передать ее действительную красоту; один художник сказал, что совершенство изобразить невозможно. Также и ни одна из сохранившихся фотографий не передает полностью красоты Великой Княгини. Великий князь Константин Константинович Романов в 1884 г. написал стихотворение в честь св. Елисаветы.

Я на тебя гляжу, любуясь ежечасно:
Ты так невыразимо хороша!
О, верно, под такой наружностью прекрасной
Такая же прекрасная душа!
Какой-то кротости и грусти сокровенной
В твоих очах таится глубина;
Как ангел ты тиха, чиста и совершенна;
Как женщина, стыдлива и нежна.
Пусть на земле ничто средь зол и скорби многой
Твою не запятнает чистоту.
И всякий, увидав тебя, прославит Бога,
Создавшего такую красоту!

Овчинников П.Я. Собственная гостиная Великой княгини Елизаветы Федоровны, 1902

Несмотря на свой успех в обществе и частые выезды, св. Елисавета чувствовала в себе стремление к уединению и размышлениям. Она любила гулять в одиночестве на природе, предаваясь созерцанию ее красоты и размышляя о Боге. Великая княгиня также начала втайне творить дела благотворительности, о чем знали только ее муж и немногие близкие люди.

В 1888 году Великой Княгине представилась возможность поехать на Святую Землю. Император Александр III поручил В.К. Сергею Александровичу присутствовать при освящении храма святой Марии Магдалины в Гефсимании, построенного в память их матери, императрицы Марии Александровны. Там, у подножья Елеонской горы, Великая княгиня произнесла пророческие слова: «Я бы хотела быть похороненной здесь». У Гроба Господня Спаситель открыл ей Свою волю, и у неё окончательно созрело решение перейти в православие.

Вид на русский участок в Гефсимании 1882 года. Фото отца Тимона

Строительство храма св. Марии Магдалины. 1885-1888 гг. Фото отца Тимона.

Строительство храма св. Марии Магдалины. 1885-1888 гг. Фото отца Тимона

Строительство храма св. Марии Магдалины. 1888 г. Фото отца Тимона

Великие князья Сергий Алексанрович, Павел Алексанрович и Великая княгиня Елисавета Феодоровна
в храме св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме
Слева начальник РДМ в Иерусалиме архимандрит Антоний (Капустин)
Фото отца Тимона. 1888 год

Крестный ход во время освящения храма св. Марии Магдалины 1 октября 1888 года

Интерьер церкви св. Марии Магдалины в Гефсимании. Фото отца Тимона 1888 г.

Она писала отцу, который с острой болью воспринял этот ее шаг: «Ты называешь меня несерьезной и говоришь, что внешний блеск церкви очаровал меня… Я перехожу из чистого убеждения; чувствую, что это самая высокая религия и что я делаю это с верой, с глубоким убеждением и уверенностью, что на это есть Божие благословение». Из всех родственников только бабушка Великой княгини королева Виктория поняла ее душевное состояние и написала ласковое ободряющее письмо, чем несказанно обрадовала св. Елисавету.

В 1891 году в Лазареву Субботу над ней был совершен чин принятия в Православную Церковь через Таинство Миропомазания с оставлением прежнего имени, но в честь святой праведной Елисаветы, матери святого Иоанна Предтечи. Император Александр III благословил свою невестку драгоценной иконой Нерукотворного Спаса, с которой Елизавета Феодоровна и приняла мученическую смерть.

Члены императорской фамилии

Члены императорской фамилии (в Ильинском в дни коронационных торжеств). Фото 1896 г.
Стоят слева направо:
- наследный принц румынский Фердинанд;
- император Николай II;
- великий князь Сергей Александрович;
- Виктория Федоровна (Виктория-Мелита), принцесса Саксен-Кобург-Готская, герцогиня Саксонская;
- ее первый муж Эрнст-Людвиг (Альберт-Карл-Вильгельм), великий герцог Гессенский и Рейнский.
Сидят слева направо:
- сын великого князя Павла Александровича и принцессы греческой Александры Георгиевны Дмитрий;
- наследная принцесса румынская Мария;
- императрица Александра Федоровна с дочерью великой княжной Ольгой;
у ее ног:
- дочь великого князя Павла Александровича и принцессы греческой Александры Георгиевны Мария;
далее по порядку:
- великий князь Павел Александрович;
- великая княгиня Мария Александровна, герцогиня Саксен-Кобург-Готская;
- сестра императрицы Александры Федоровны Виктория;
- великая княгиня Елизавета Федоровна.

В 1891 году император Александр III назначил великого князя Сергея Александровича Московским генерал-губернатором. Супруга генерал-губернатора должна была исполнять множество обязанностей — шли постоянные приемы, концерты, балы. Необходимо было улыбаться и кланяться гостям, танцевать и вести беседы независимо от настроения, состояния здоровья и желания. Жители Москвы скоро оценили ее милосердное сердце. Она ходила по больницам для бедных, в богадельни, в приюты для беспризорных детей. И везде старалась облегчить страдания людей: раздавала еду, одежду, деньги, улучшала условия жизни несчастных.

Семья Романовых и семья Гессенов 1910

Семья Романовых и семья Гессенов 1910

Когда в 1904 г. началась Русско-японская война, Елисавета Феодоровна немедленно занялась организацией помощи фронту. Одним из ее замечательных начинаний было устройство мастерских для помощи солдатам — под них были заняты все залы Кремлевского дворца, кроме Тронного. Тысячи женщин трудились за швейными машинами и рабочими столами. На свои средства Великая Княгиня сформировала несколько санитарных поездов. В Москве она устроила госпиталь для раненых, который сама постоянно посещала.

Однако государственный и общественный порядок разваливался, надвигалась революция. Великий князь Сергей Александрович считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к революционерам. Посчитав, что при сложившейся ситуации он не может больше занимать должность генерал-губернатора Москвы, подал в отставку.

Великий князь Сергей Александрович

Великий князь Сергей Александрович

Тем временем боевая организация эсеров приговорила Великого Князя Сергея Александровича к смерти. Великая княгиня Елисавета получала анонимные письма, где ее предупреждали, чтобы она не сопровождала своего мужа, если не хочет разделить его участи. Она тем более старалась не оставлять его одного и, по возможности, повсюду сопровождала мужа.

Террорист Иван Калаев

Убийца Великого князя Сергея Александровича, террорист Иван Калаев

18 февраля 1905 г. Сергей Александрович, выехав из дома, был убит бомбой, брошенной террористом Иваном Каляевым. Бросившаяся к месту взрыва Елисавета Феодоровна увидела картину, по своему ужасу превосходившую человеческое воображение. Молча, без крика и слез, стоя на коленях в снегу, она начала собирать и класть на носилки части тела горячо любимого и живого еще несколько минут назад мужа. В течение нескольких дней после взрыва, люди находили еще куски тела Великого князя, которые силою взрыва разбросало везде. Одну руку нашли по ту сторону Кремлевской стены на крыше маленькой часовни Спасителя, сердце – на крыше какого-то здания.

Панихида Великому Князю Сергею Александровичу в Чудовом монастыре, в Кремле, в 1905 г.

Панихида по в Бозе почившем Великом Князе Сергее Александровиче в Чудовом монастыре, в Кремле, в 1905 г.

После первой панихиды в Чудовом монастыре Елисавета Феодоровна возвратилась во дворец, переоделась в черное траурное платье и начала писать телеграммы, время от времени справляясь о состоянии раненого кучера Сергея Александровича, прослужившего у Великого князя 25 лет. Ей сказали, что положение кучера безнадежно, и он может скоро умереть (тело его было пробито гвоздями и осколками от экипажа, он имел 70 ран в спине). Чтобы не огорчать умирающего, Елисавета Феодоровна сняла с себя траурное платье, надела голубое, в котором была до этого, и поехала в госпиталь. Там, склонившись над постелью умирающего, она уловила его вопрос о Сергее Александровиче и, чтобы успокоить его, пересилила себя, улыбнулась ему ласково и сказала: "Он направил меня к Вам". И успокоенный ее словами, думая, что Сергей Александрович жив, преданный кучер Андрей скончался в ту же ночь.

На третий день после смерти мужа Елисавета Феодоровна поехала в тюрьму, где содержался убийца. Каляев сказал:

- Я не хотел убивать вас, я видел его несколько раз и то время, когда имел бомбу наготове, но вы были с ним, и я не решился его тронуть.

- И вы не сообразили того, что вы убили меня вместе с ним? — ответила она.

Великая княгиня передала убийце прощение от Сергея Александровича, Евангелие и икону, надеясь на чудо раскаяния, а также просила императора Николая II о помиловании Каляева, но это прошение было отклонено.

Памятник-крест, сооружённый на месте убиения Великаго Князя Сергея Александровича

Памятник-крест, сооружённый на месте убиения Великаго Князя Сергея Александровича (по проекту В.Васнецова), на Сенатской площади, в Кремле, освящённый 2 апреля 1908 г. Памятник-крест - это было первое, что снесли большевики в Кремле. Они устроили такой Субботник на 1 мая 1918 г. под непосредственным руководством Ленина...

Похоронили Сергея Александровича в маленькой церкви Чудова монастыря. Здесь Великая княгиня почувствовала особую помощь и укрепление от святых мощей святителя Алексия, митрополита Московского, которого с тех пор особо почитала. Великая Княгини носила серебряный крестик с частицей мощей святителя Алексия. Она считала, что святитель Алексий вложил в ее сердце желание посвятить Богу всю оставшуюся жизнь.
На месте убийства мужа Елисавета Феодоровна воздвигла памятник — крест по проекту художника Васнецова. На памятнике были написаны слова Спасителя со Креста: «Отче, отпусти им, не ведят бо что творят». Ныне этот Крест находится на территории Новоспасского монастыря в Москве, где также покоится тело великого князя Сергея Александровича в родовой усыпальнице Романовых.

Крест-памятник в Новоспасском монастыре

Великая княгиня Елизавета попросила вынести всю роскошную мебель из своей спальни в Никольском дворце, стены перекрасить в белый цвет, на стенах она оставила только иконы и картины духовного содержания, таким образом, ее спальня стала напоминать монашескую келью. Елизавета Феодоровна продала все свои драгоценности и часть, принадлежащую семье Романовых, передала в казну, а на оставшуюся сумму основала обитель Милосердия в Москве на Большой Ордынке. Не сохранила себе на память и обручального кольца.

Марфо-Мариинская обитель

Марфо-Мариинская обитель милосердия - это монастырь в Москве, расположенный на Большой Ордынке. Основательницей, а также первой настоятельницей обители являлась великая княгиня Елизавета Фёдоровна.

10 февраля 1909 года великая княгиня, собрала 17 сестер основанной ею обители, сняла траурное платье, облачилась в белое монашеское одеяние и взошла в мир бедных и страдающих: «Я приняла это не как крест, а как дорогу, полную света, которую указал мне Господь после смерти Сергея».
Обитель была создана в честь святых сестер Марфы и Марии. Сестры обители призывались соединить высокий жребий Марии, внемлющей глаголам вечной жизни, и служение Марфы — служение Господу через ближнего своего.

Были созданы два храма — Марфо-Мариинский и Покровский (архитектор А.В. Щусев, росписи М.В. Нестерова), а также больница, считавшаяся впоследствии лучшей в Москве, аптека, в которой лекарства отпускались бедным бесплатно, детский приют и школа. Вне стен обители был устроен дом-больница для женщин, больных туберкулезом.

Покровский собор обители

Покровский собор обители

Она долго работала над уставом обители, желая возродить древний институт диаконисс, ездила в Зосимову пустынь, чтобы обсудить проект со старцами. В 1906 г. Великая Княгиня прочитала книгу "Дневник полкового священника, служившего на Дальнем Востоке во весь период минувшей Русско-японской войны", написанную священником Митрофаном Серебрянским. Она пожелала познакомиться с автором и вызвала его в Москву. В результате их встреч и бесед появился проект Устава будущей обители, подготовленный отцом Митрофаном, который св. Елисавета приняла за основу.

Для совершения богослужений и духовного окормления сестер согласно проекту Устава нужен был священник женатый, но который жил бы со своей матушкой как брат с сестрой и постоянно находился бы на территории обители. Св. Елисавета настойчиво просила отца Митрофана стать духовником будущей обители, так как он соответствовал всем требованиям Устава. Он, было, согласился, но вскоре отказался, боясь огорчить прихожан своим уходом. И вдруг почти сразу пальцы на руке стали неметь и рука отнялась. Отец Митрофан пришел в ужас от того, что теперь не сможет служить в церкви, и понял совершившееся как вразумление. Он стал горячо молиться и обещал Богу, что даст согласие на переезд в Москву — и через два часа рука снова стала действовать. Отец Митрофан стал подлинным духовником обители, наставником и помощником настоятельницы, которая его высоко ценила (Отец Митрофан Сребрянский прославлен в лике Новомучеников и Исповедников Российских).

В Марфо-Мариинской обители Великая Княгиня вела жизнь подвижницы, спала на деревянных досках без матраса, тайно носила власяницу и вериги. Привыкшая с детства к труду, Великая Княгиня все делала сама и лично для себя не требовала никаких услуг от сестер. Она участвовала во всех делах обители, как рядовая сестра, всегда подавая пример остальным. Как-то к настоятельнице подошла одна из послушниц с просьбой послать кого-нибудь из сестер перебирать картошку, так как никто не хочет помочь. Великая Княгиня, не сказав никому ни слова, пошла сама. Увидев настоятельницу, перебирающую картошку, устыженные сестры прибежали и принялись за дело.

В больнице обители работали лучшие специалисты Москвы. Все операции проводились бесплатно. Здесь исцелялись те, от кого отказывались другие врачи. Исцеленные пациенты плакали, уходя из Марфо-Мариинской больницы, расставаясь с "Великой Матушкой", как они называли настоятельницу. В больнице Елисавета Феодоровна брала на себя самую ответственную работу: ассистировала при операциях, делала перевязки, утешала больных и всеми силами стремилась облегчить их страдания. Они говорили, что от Великой Княгини исходила целебная сила, которая помогала им переносить боль и соглашаться на тяжелые операции.

Одним из главных мест бедности, которому великая княгиня уделяла особое внимание, был Хитров рынок, где буйным цветом расцветали разгул, нищета и преступность. Елисавета Феодоровна в сопровождении своей келейницы Варвары Яковлевой или сестры обители княжны Марии Оболенской, неутомимо переходя от одного притона к другому, собирала сирот и уговаривала родителей отдать ей на воспитание детей. Все население Хитрова уважало ее, называя «сестрой Елисаветой» или «матушкой». Полиция постоянно предупреждала ее, что не в состоянии гарантировать ей безопасность. В ответ на это великая княгиня всегда благодарила полицию за заботу и говорила, что ее жизнь не в их руках, а в руках Божиих. Если Елисавета Феодоровна куда-нибудь выезжала, народ узнавал ее, восторженно встречал и следовал за ней. Ее уже тогда любили по всей России и называли святой.

Она никогда не вмешивалась в политику, но очень страдала, видя, что политическая ситуация в России ухудшается. В годы Первой мировой войны трудов у св.Елисаветы прибавилось: необходимо было ухаживать за ранеными в лазаретах. Первое время Елисавета Феодоровна, побуждаемая христианским чувством, навещала и пленных немцев. По Москве стали распространяться дикие вымыслы о Марфо-Мариинской обители, как о центре немецкого шпионажа.

После заключения Брест-Литовского мира германское правительство добилось согласия советской власти на выезд Великой Княгини Елисаветы Феодоровны за границу. Посол Германии граф Мирбах дважды пытался увидеться с Великой Княгиней, но она не приняла его и категорически отказалась уехать из России. Она говорила: "Я никому ничего дурного не сделала. Буди воля Господня!"

В апреле 1918 года, на третий день Пасхи, когда Церковь празднует память Иверской иконы Божией Матери, Елисавету Феодоровну арестовали и немедленно вывезли из Москвы. В этот день святейший патриарх Тихон посетил Марфо-Мариинскую обитель, где служил Божественную Литургию и молебен. Это было последнее благословение и напутствие патриарха перед крестным путем Великой Княгини на Голгофу. С ней поехали две сестры — Варвара Яковлева и Екатерина Янышева. Одна из сестер обители вспоминала: "... Потом она письмо нам прислала, батюшке и каждой сестре. Сто пять записочек было вложено, и каждой но ее характеру. Из Евангелия, из Библии изречения, а кому от себя. Она всех сестер, всех своих детей знала..."

Узнав о случившемся, патриарх Тихон пытался через различные организации, с которыми считалась новая власть, добиться освобождения великой княгини. Но старания его оказались тщетными. Все члены императорского дома были обречены.

Елисавету Феодоровну и ее спутниц направили по железной дороге в Пермь. Последние месяцы своей жизни великая княгиня провела в заключении, в школе, на окраине города Алапаевска, вместе с великим князем Сергеем Михайловичем (младшим сыном великого князя Михаила Николаевича, брата императора Александра II), его секретарем — Феодором Михайловичем Ремезом, тремя братьями — Иоанном, Константином и Игорем (сыновьями великого князя Константина Константиновича) и князем Владимиром Палеем (сыном великого князя Павла Александровича). Конец был близок. Матушка-настоятельница готовилась к этому исходу, посвящая все время молитве.

Сестер, сопровождающих свою настоятельницу, привезли в Областной совет и предложили отпустить на свободу. Варвара Яковлева сказала, что готова дать подписку даже своей кровью, что желает разделить судьбу с великой княгиней. Так она сделала свой выбор и присоединилась к узникам, ожидавшим решения своей участи.

Глубокой ночью 5 (18) июля 1918 г., в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, великую княгиню Елисавету Феодоровну вместе с другими членами императорского дома бросили в шахту старого рудника. Когда озверевшие палачи сталкивали великую княгиню в черную яму, она произносила молитву, дарованную Распятым на Кресте Спасителем мира: «Господи, прости им, ибо не знают, что делают» (Лк. 23. 34). Затем чекисты начали бросать в шахту ручные гранаты. Один из крестьян, бывший свидетелем убийства, говорил, что из глубины шахты слышалось пение Херувимской. Ее пели новомученики Российские перед переходом в вечность. Скончались они в страшных страданиях, от жажды, голода и ран.

Великая княгиня упала не на дно шахты, а на выступ, который находился на глубине 15 метров. Рядом с ней нашли тело Иоанна Константиновича с перевязанной головой. Вся переломанная, с сильнейшими ушибами, она и здесь стремилась облегчить страдания ближнего. Пальцы правой руки великой княгини и инокини Варвары оказались сложенными для крестного знамения.

Останки настоятельницы Марфо-Мариинской обители и ее верной келейницы Варвары в 1921 году были перевезены в Иерусалим и положены в усыпальнице храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Гефсимании. Когда открыли гроб с телом Великой Княгини, то помещение наполнилось благоуханием. Мощи новомучениц оказались частично нетленными.

Русский православный храм св. Марии Магдалины в Гефсимании

Храм св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме

Храм св. Марии Магдалины в Гефсимании в Иерусалиме

Церковь Марии Магдалины

Церковь Марии Магдалины (современный вид)

Церковь Марии Магдалины

Церковь Марии Магдалины

Интерьер храма Марии Магдалины

Рака с мощами преподобномученицы Великой княгини Елизаветы Федоровны

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в 1992 году причислил к лику святых новомучеников России преподобномученицу великую княгиню Елизавету и инокиню Варвару, установив им празднование в день кончины — 5 (18) июля.

Тропарь, глас 1:
Смирением достоинство княжеское сокрывши, / богомудрая Елисавето, / сугубым служением Марфы и Марии / Христа почтила еси. / Милосердием, терпением и любовию себе предочистивши, / яко жертва праведная Богу принеслася еси. / Мы же, чтуще добродетельное житие и страдания твоя, / яко истинную наставницу усердно просим тя:/ святая мученице великая княгине Елисавето, / моли Христа Бога спасти и просветити души наша.

Кондак, глас 2:
Величие подвига веры кто повесть: / во глубине земли, яко в раи светлости,/ страстотерпица великая княгиня Елисавета / со Ангелы во псалмех и пениих радовашеся / и, убиение претерпевающи, / о безбожных мучителех взываше: / Господи, прости им грех сей, / не ведят бо, что творят. / Тоя молитвами, Христе Боже, / помилуй и спаси души наша.