27 июня не стало отца Симеона, настоятеля Михаило-Архангельского храма посёлка Рощинский, что в Стерлитамакском районе. Его богослужения неизменно собирали сотни людей не только со всей республики, но и страны. Это был один из немногих священников, кто проводил процедуры экзорцизма – изгнания дьявола.

В 2008 году вышел репортаж с проводимой отцом Симеоном отчитки, как называют процедуру изгнания дьявола. В 2013 году – интервью с ним, где он ответил на главный вопрос – почему ему это нужно.

Предлагаем вам вспомнить оба материала.

Картинки по запросу отец симеон

Бесами болен каждый


В Башкирии живет священник, который в течение многих лет «лечит» людей, которым поставлен диагноз «одержим дьяволом». В России всего 25 человек имеют на это специальное благословение.

«Я не контролирую свое тело!»


В субботнее утро во дворе Никольского храма города Стерлитамак людно. В 12.00 начнется очередная отчитка – так в народе называют процесс изгнания бесов. Собралось около сотни человек. География обширная: едут со всей страны, как-то приезжали даже из Германии и США.

- Мы из Оренбурга, в третий раз здесь, - разговорилась со мной женщина. – Муж у меня пьет. Сам, говорит, не понимает, почему. Бес путает его.

Подходит отец Симеон – громогласный, улыбчивый, энергичный – и зовет всех внутрь. Толпа потихоньку заполняет крестильный зал церкви. Неожиданно женщина в желтой кофте, перешагнувшая передо мной порог святого дома, судорожно закашлялась. Батюшка и окружающие оглянулись на нее с пониманием: «Бесы бунтуют».

Начинается молебен. Женщина бьется в новом сильном приступе кашля. Кажется, что она сейчас задохнется! Я смотрю на людей – никто и не шелохнется. Батюшка невозмутимо продолжает читать текст молитвы. Вдруг она скорчилась и начала пятиться назад, отмахиваясь от креста… Рядом с ней завыла и захрипела бабушка: скрючив пальцы и неестественно изогнув руки, она всем телом подалась назад. Схватилась за голову, словно пытаясь ее открутить, упала на колени… Истерично завизжала и затопала еще одна женщина. Вокруг забеспокоились многие: стоит мужчина с крупной дрожью в коленях, в углу кто-то надрывно плачет, кто-то тяжело дышит, сипит, кто-то кашляет в унисон женщине в желтом…

- Это еще цветочки, - шепчет мне бабушка, стоящая рядом. – Когда я в первый раз сюда попала, вон та девушка в белом на полу корячилась и нечеловечески выла. Было очень жутко.

Заревела под крестом в руках батюшки молодая девушка.

- Скоро ты выйдешь из нее?! – вдруг спросил священник, схватив ее за голову.

У одержимой внезапно закатились глаза, она подняла кулак и, злобно грозясь, свирепым тоном что-то непонятное залепетала. Он ухмыльнулся и пробормотал:

– Эх ты, совсем ослабший, только и можешь, что кулаки показывать. Выгоним тебя скоро.

От этой сцены, которую разве что в фильмах ужасов можно увидеть, совсем стало не по себе. Батюшка продвигается в мою сторону. Девушки рядом со мной, стоявшие спокойно, начинают тихо плакать. Возможно, так действует обстановка, но я чувствую, что внутри меня что-то задрожало. Отец Симеон подошел, взял меня за плечи и заглянул в глаза. К счастью, дьявол во мне не шевельнулся.

Отчитка длилась больше часа. Под конец обстановка разрядилась. Бабушка, которая вся извивалась, умиротворенно стоит на коленях. Девушка, в которой говорил дьявол, уже утирает расплывшуюся тушь под глазами.

46-летняя Алевтина из Стерлитамака – та самая женщина, которая билась в приступе кашля - уже второй год ходит сюда.

- Чувство дискомфорта и полная неспособность контролировать свое тело – вот что я начинаю испытывать, когда вхожу в церковь, - рассказывает она. - Обнаружила я это случайно, так как не была верующей, в церковь не ходила. В последние годы начались проблемы со здоровьем. Постоянная слабость, ужасные головы боли, ощущение, будто живу в тумане. Точного диагноза доктора не ставили, только прописывали сосудорасширяющие лекарства. Когда уже совсем стало невмоготу, решила сходить в храм. Там забилась в удушающем кашле. Мне сказали, что это явные симптомы одержимости… После каждой отчитки туман в голове рассеивается. За эти два года прошли головные боли. Не знаю, получится ли полностью выгнать нечисть из меня, но я сейчас хотя бы живу полной жизнью.

«Никакой мистики нет»


Отец Симеон, священник со «стажем» 18 лет:

- Не надо думать, что нечистые силы – это что-то особенное. Их действия мы наблюдаем ежедневно. Преступления на бытовой почве - это главное проявление. Как ни прискорбно, но одержим сейчас почти каждый человек: кто-то больше, кто-то меньше.

Вот ты проснулся утром и свет тебе не мил, тошно жить. Знакомое состояние? Психологи назвали бы это депрессией, а мы знаем, что это нечисть. В медицине, в частности, психологии, подробно изучены все стадии одержимости, только называют их там другими именами. К примеру, комплекс неполноценности.

Нет мистики и в ритуале изгнания бесов. Человек каждый раз проходит через этот обряд, принимая крещение или входя в церковь. Отчитка – крайняя мера. Действие ее сильнее, а потому ярче и проявление духов, что вы сегодня и видели.

Каким-то особым даром я не обладаю. Мое преимущество лишь в том, что я имею священный сан и защищен специальным благословением владыки Никона, выбравшего меня ответственным за это дело.

Часто спрашивают у меня, какой он, дьявол? Это дух. Видеть могу только в обличии человека. Когда вдруг его лицо искажается, меняется выражение глаз, начинает говорить по-иному. Могу общаться через одержимого. Вот как сегодня. Иногда ощущаю холод и страх. Не могу похвалиться большим количеством случаев, когда нечисть изгоняется полностью. Потому что надо лечить все общество в целом. Но если человек пришел со скорбью на лице, а ушел с улыбкой – это уже значительная победа.

Комментарий
Психолог Анатолий Жирков, Стерлитамак:
- Многие священники имеют навыки психологического воздействия на публику. Используют для этого такие приемы, как повышение-понижение интонации голоса, специальные паузы, взгляды… Если учитывать, что вокруг этого процесса такой ореол таинственности, нагнетаемый рассказами очевидцев, то приходящий уже настроен на что-то подобное и внушению поддается легче. Потому у лиц, которые приходят туда либо уже с какими-то болезнями психологического характера, либо после душевных травм, к примеру, смерти близкого человека, могут наблюдаться истерические припадки. В любом случае я считаю, что если подобные сеансы помогают человеку, то почему бы и не ходить на них. По сути, церковь оказывает те же услуги, что и психологи.

Справка
Экзорцизм, отчитка – представляет собой чтение специальной молитвы, осенение крестным знамением, чтение Евангелия, окропление святой водой, курение ладаном. Молитва читается на старославянском. Текст создан много веков назад и с тех пор является неизменным.

Айгуль МУСИНА, август 2008 года.




Чудо происходит тихо


Единственный в Башкирии экзорцист об одержимости и любви

Закончился православный пост. С точки зрения Церкви - лучшее время для изгнания бесов. Настоятель одного из храмов Стерлитамака отец Симеон (в миру - Александр Кувайцев) ожидает очередного наплыва страждущих в Никольский кафедральный собор. Каждую субботу он проводит здесь особую службу, читает чин над страждущими от духов нечистых, фактически - занимается изгнанием бесов.

Пост - не цель


- Почему именно пост - благоприятное время для изгнания бесов?

- Пост — это мощнейшее оружие. Когда-то это было временем подготовки к Крещению. Потом к Покаянию, к Причастию — это то, что соединяло людей Церкви в единое мистическое Тело. Сейчас всё по-другому... Притом, что причастников очень много! Я служу в сельском приходе, вот сейчас у меня причастники по воскресеньям — 150-200 человек идут. И всё-таки есть некое разобщение. Какой-то индивидуализм присутствует в этом. И процесс созидания мистического Тела Христова — Церкви сейчас усложнился. Хотя все постятся. Вообще-то пост не цель сама по себе. Это средство для чего-то...
- Можно ли сказать, что плоть, избавленная от страстей, не поддается дьяволу?

- Во-первых, я никогда не видел плоть, избавленную от страстей. Более того, стопроцентная плоть - это ведь труп, правда? Скорее всего, плоть - она бесстрастна. Дух наш страстен. Плотские грехи - это грехи, которыми наш дух насилует нашу плоть. А избавленных от страстей я никогда не видел.



Во время поста мы стремимся, чтобы наши страсти угасли. А страсть - это и есть механизм воздействия на нас... если просто говорить, духов злобных, бесов. Хотя, прямо скажем, это не высокий богословский стиль. Это, скорее, стиль речи бабушек.



- Расскажите о процедуре изгнания бесов. Как это происходит?

Я читаю молитвы. А те самые сущности, которые находятся в человеке, начинают на молитвы реагировать. Это называется, если языком говорить профессиональным, — манифестацией. Некоторые называют это практикой освобождения. Мы вообще-то не рабы Божьи. Это мы так называем себя, знаете, из деликатности, осознавая свое недостоинство. А вообще-то мы дети Божьи. А рабы - дьявола! Кто такой раб? Это тот, кто выполняет не свою волю



- И что вы делаете в тот момент, когда начинается манифестация?

- Я не очень люблю этот момент. Потому что некоторые воспринимают, что это самое главное в экзорцизме — добиться манифестации. Нет, я бы сказал, что это, с одной стороны, показывается слабость этих духов, злобы, они достаточно сильны, но показывается, что их сила не бесконечна. А с другой стороны, это в некоторой степени моё поражение. Настоящее чудо происходит тихо. Вот совсем недавно оно произошло. Ко мне девочку приводили достаточно долгий период, и были явные манифестации. То есть она падала, у неё припадки были. Но в один прекрасный момент ничего не произошло Но самое главное — чудо состоялось. Она свободна. Ощущен внутреннего счастья у неё было. Вот это — чего я хотел бы.



- Какие манифестации вы видели?

- Всякие. Самая простая это зевота. Человек стоит и не может сдержаться. Или никак в храм не попадёт. Если спросить некоторых, как они добирали сюда, они расскажут много чудесного. Стерлитамак город j маленький, да? Можно мимо него проехать? Проезжают! Едут со стороны Оренбурга и мимо Стерлитамака, попасть никак не могут. Кружить их заставляет что-то непонятное, вот и не могут храм найти. Крайний случай, это когда человек падает в обморок, бьётся в приступе. Но это не эпилепсия, которая является объективным состоянием человека. Уж поверьте, оттого что побрызгали на него водичкой, она не пройдёт. А это мгновенно прекращается, когда тело соприкасается со святой водой.

Когда манифестация начинается, я стараюсь её погасить, показать человеку, что его... любят. Несмотря на то, что он таком безобразном состоянии. Когда он лежит и у него, извините, сопли текут. Вот в этот момент стараюсь человека просто обнять, это чисто интуитивно у меня происходит. Каждый раз когда я вижу такое, это меня поражает! Не знаешь, что делать, но стараешься показать: ты мне дорог. И такой вот, и сопливый, и некрасивый, и ужасный - мне дорог.



- Вопрос о технике духовной безопасности. Как защититься от подселения бесов?

- Очень просто - жить с Богом. Очень просто и очень сложно. Вопрос о том, как жить с Богом, это вопрос о том, как мы живём со своими родителями. Когда-то папа и мама были необыкновенно авторитетны для нас, потом наступил период, когда нужно из дома убежать. Вам вдруг показалось, что ваша свобода сковывается. Потом поняли, в мытарствах своих по жизни - вот там была настоящая любовь, там было счастье. Но возвратиться в дом непросто. Люди на 17-20 лет исчезают из дома и не могут возвратиться, потому что не добились успеха. Вот если бы на белом «Мерседесе», я б с удовольствием приехал бы домой. А так вот, потрёпанному прийти... А папе, маме мы дороги всегда. Надо сказать, что потрёпанными даже в большей степени мы дороги, нежели в белом «Мерседесе». Но вот что-то нас удерживает. Нас удерживают вот эти самые бесы. Как бы вам сказать? Бес - это вообще-то испорченная жизненная программа. Вот она вкладывается в нас, и мы живём согласно ей. Уродливо живём. Самый простой вопрос — вы счастливы? Вы не сказали сразу «да»? И никто не отвечает сразу. Вот это состояние — полу-счастлив, полу-нет, это и есть состояние зависимости от чего-то, от какой-то силы.



- Скажите, а почему вы занимаетесь этим?

- Потому что мне очень хочется, чтобы все были счастливы. Я понимаю, что поставил себе непосильную задачу. Не исключаю, что и сломаюсь, выполняя её. Но по-другому не могу. Это задача максимум, а задача минимум — изменить ситуацию и в церкви, и в обществе в отношении того дела, которым я занимаюсь. Очень много предрассудков вокруг. Хочется эту ситуацию переломить.