Детство

Святой праведный Иоанн Кронштадтский (настоящее имя Иван Ильич Се́ргиев) родился 19 октября (1 ноября по новому стилю) 1829 г. в селе Сура Архангельской губернии - на далеком севере России - в семье бедного сельского дьячка Илии Сергиева и жены его Феодоры. Новорожденный казался столь слабым и болезненным, что родители поспешили тотчас же окрестить его, думая, что дитя не доживет до утра, причем нарекли его Иоанном, в честь преподобного Иоанна Рыльского, в тот день празднуемого Св. Церковью. Вскоре после крещения младенец Иоанн сталь заметно поправляться.

Родители Вани были людьми простыми и глубоко верующими. Отец, Илья Михайлович, пел и читал молитвы во время богослужения в местной сельской церкви. Он с раннего детства брал своего сына в церковь и тем воспитал в нём особенную любовь к богослужению.

Живя в суровых условиях крайней материальной нужды, отрок Иоанн рано познакомился с безотрадными картинами бедности, горя, слез и страданий. Это сделало его сосредоточенным, вдумчивым и замкнутым в себе и, вместе с тем, воспитало в нем глубокое сочувствие и сострадательную любовь к беднякам. Не увлекаясь свойственными детскому возрасту играми, он, нося постоянно в сердце своем память о Боге, любил природу, которая возбуждала в нем умиление и преклонение пред величием Творца всякой твари.

Уже в детстве ему была свойственна особая чуткость к проявлениям духовного мира: в 6 лет Иоанн сподобился явления своего Ангела-Хранителя. Маленький Ваня часто болел и порой долгие дни проводил в постели. Он не только видел, как молится за его здоровье мама, но и сам молился с ней.

В 6 лет отец купил Ване букварь и стал обучать сына грамоте. Грамота вначале давалась ему с трудом, как и преподобному Сергию Радонежскому, – и точно так же, как и Преподобный, по молитве отрок Иоанн обрел способности к учению. Однажды ночью, когда все спали, шестилетний Ваня увидел в комнате необычный свет. Присмотревшись, он замер: в неземном свете парил Ангел Хранитель. Смущение, страх и одновременно радость охватили ребёнка. Увидев волнение мальчика, Ангел успокоил его и, пообещав ограждать от всех горестей и бед, исчез.

Учёба

Отрок Иоанн молится по дороге в школу

С той поры отрок Иоанн стал отлично учиться: одним из первых окончил Архангельское приходское училище, в 1851 году окончил Архангельскую Духовную семинарию и за успехи был принят на казенный счет в С.-Петербургскую Духовную Академию, которую окончил в 1855 году со степенью кандидата богословия, защитив работу «О Кресте Христовом в обличении мнимых старообрядцев».

Еще учась в семинарии, он лишился нежно любимого им отца. Как любящий и заботливый сын, Иоанн хотел было прямо из семинарии искать себе место диакона или псаломщика, чтобы содержать оставшуюся без средств к существованию старушку-мать. Но она не пожелала, чтобы сын из-за нее лишился высшего духовного образования, и настояла на его поступлении в Академию. И послушный сын покорился.

Поступив в Академию, молодой студент не оставил свою мать без попечения: он выхлопотал себе в академическом правлении канцелярскую работу, и весь получавшийся им скудный заработок полностью отсылал матери.

Начало служения

Размышляя однажды о предстоящем ему служении Церкви Христовой во время уединенной прогулки по академическому саду, он, вернувшись домой, заснул и во сне увидел себя священником, служащим в Кронштадтском Андреевском соборе, в котором в действительности он никогда еще не был. Он принял это за указание свыше. Скоро сон сбылся с буквальной точностью.

После завершения духовного образования в 1855 г. он стал священником Андреевского собора в Кронштадте, где прослужил 53 года.

В декабре 1931 года Андреевский собор был закрыт. Во второй половине 1931 года в помещении собора располагался склад закупочного кооператива. В 1932 году собор был разобран. На образовавшемся сквере в 1955 году был установлен памятник Ленину. Сквер назвали Ленинским. В 2001 году этот памятник перенесли в сквер Юного ленинца. В 2002 году Андреевским союзом был установлен памятный гранитный знак с надписью:
«На этом месте стоял собор Андрея Первозванного, в котором 53 года служил Великий Молитвенник Земли Русской святой праведный отец Иоанн Кронштадтский. Собор был освящён в 1817 году, разрушен в 1932 году. Пусть камень сей вопиет к сердцам нашим о восстановлении поруганной святыни».

Женился на дочери протоиерея того же храма Константина Новицкого Елизавете, но детей не имел. Супруги «приняли на себя подвиг девства». Брак его, который требовался обычаями нашей Церкви для иерея, проходящего свое служение в миру, был только фиктивный, нужный для прикрытия его самоотверженных пастырских подвигов. В действительности, он жил с женой как брат с сестрой.

Иоанн Кронштадтский с супругой

12 декабря 1855 года совершилось его посвящение в священника. Когда он впервые вошел в Кронштадтский Андреевский собор, он остановился почти в ужасе на его пороге: это был именно тот храм, который задолго до того представлялся ему в его детских видениях. Вся остальная жизнь о. Иоанна и его пастырская деятельность протекала в Кронштадте, почему многие забывали даже его фамилию "Сергиев" и называли его "Кронштадтский", да и сам он нередко так подписывался.

Расположенный на острове Котлин в Финском заливе, в 46 верстах от Санкт-Петербурга, Кронштадт тех времён был не совсем обычным городом. С одной стороны, мощная военно-морская крепость, стоянка и база Балтийского военного флота. А с другой - место ссылки нищих, бродяг и провинившихся в чем-либо людей. Много было здесь и чернорабочих, которые трудились в порту и на заводах. Ютились эти жители по окраинам города. Кто мог, строил себе лачуги из полусгнивших брёвен и досок. Другие рыли землянки. Люди жили в беспросветной нужде, в холоде и голоде. Попрошайничали не только дети, но и их пьющие отцы, а порой и отчаявшиеся матери.

И на этих, презираемых всеми, несчастных и опустившихся людей обратил внимание отец Иоанн. Молодой священник стал посещать бедные кварталы.

Своими хлопотами за кронштадтских "несчастных босяков" досаждал отец Иоанн многим, а особенно - властям и высокопоставленным чиновникам. Многие не верили в искренность его намерений, глумились над ним, распространяли о батюшке клевету и наветы, называли юродивым. Но не смотря ни на что, отец Иоанн шёл своим путём.

« Нужно любить всякого человека и в грехе его, и в позоре его , — говорил о. Иоанн, — не нужно смешивать человека — этот образ Божий — со злом, которое в нем ». С таким сознанием он и шел к людям, всех побеждая и воз­рождая силою своей истинно пастырской состраждущей любви.

Вразумляя падших людей и молясь за них, жертвуя нищим деньги и вещи, отец Иоанн помогал и больным. Порой его звали к больному ночью, и он, не раздумывая, ехал, не боясь даже самых заразных. За свои поездки к больным и за молебен об исцелении отец Иоанн никогда ничего не просил. Напоминал только, что благодарить за все нужно Бога.

Открытие дара чудотворения

Скоро открылся в отце Иоанне и дивный дар чудотворения, который прославил его на всю Россию и даже далеко за пределами ее. Нет никакой возможности пере­числить все чудеса, совершенные отцом Иоанном. Наша неверующая интел­лигенция и ее печать намеренно замалчивали эти бесчисленные явления силы Божией.

По молитвам Иоанна Кронштадтского и возложением его руки излечивались самые тяжкие болезни, когда медицина терялась в своей беспомощности. Исцеления совершались, как наедине, так и при большом стечении народа, а весьма часто и заочно. Достаточно было иногда написать письмо отцу Иоанну или послать телеграмму, чтобы чудо исцеления совершилось.

Сохранилось немало свидетельств исцелений.

Особенно замечательно происшедшее на глазах у всех чудо в селе Кончанском (Суворовском), описанное случайно находившейся тогда там суворовской комиссией профессоров военной академии (в 1901г.). Женщина, много лет страдавшая беснованием и приведенная к отцу Иоанну в бесчувственном состоянии, через несколько мгновений была им совершенно исцелена и приведена в нормальное состояние вполне здорового человека.

Художником Животовским описано чудесное пролитие дождя в местности, страдавшей засухой и угрожаемой лесным пожаром, после того как отец Иоанн вознес там свою молитву.

Множество чудес совершалось по молитвам благодатного пастыря. Особенно жалел отец Иоанн подверженных страсти винопития и многих исцелил от нее.

Отец Иоанн исцелял силою своей молитвы не только русских православных людей, но и мусульман, и евреев, и обращавшихся к нему из заграницы иностранцев. Этот великий дар чудотворения естественно был наградой отцу Иоанну за его великие подвиги - молитвенные труды, пост и самоотверженные дела любви к Богу и ближним.

"Всероссийский батюшка"

Вскоре вся верующая Россия потекла к великому и дивному чудотворцу. Слава о нем как о знаменитом пастыре, проповеднике и чудотворце быстро распространилась повсюду. Наступил второй период его славной жизни, его подвигов. Вначале он сам шел к народу в пределах одного своего города, а теперь народ сам отовсюду, со всех концов России, устремился к нему. Тысячи людей ежедневно приезжали в Кронштадт, желая видеть отца Иоанна и получить от него ту или иную помощь.

Еще большее число писем и телеграмм получал он. Вместе с письмами и телеграммами текли к отцу Иоанну и огромные суммы денег на благотворительность. О размерах их можно судить только приблизительно, ибо, получая деньги, отец Иоанн тотчас же все раздавал. По самому минимальному подсчету чрез его руки проходило в год не менее одного миллиона рублей (сумма по тому времени громадная!).

Св. Иоанн Кронштадтский приводит бездомных детей в приют.

На эти деньги отец Иоанн ежедневно кормил тысячу нищих, устроил в Кронштадте замечательное учреждение - «Дом Трудолюбия» со школой, церковью, мастерскими и приютом, основал в своем родном селе женский монастырь и воздвиг большой каменный храм, а в С.-Петербурге построил женский монастырь на Карповке, в котором и был по кончине своей погребен.

Достигнув высокой степени молитвенного созерцания и бесстрастия, отец Иоанн спокойно принимал богатые одежды, преподносимые ему его почитателями, и облачался в них. Это ему даже и нужно было для прикрытия своих подвигов. Дорогую одежду некоторые лица ставили в вину отцу Иоанну. Однако, по свидетельству очевидцев, он не заказывал её себе, и принимал лишь для того, чтобы не обидеть даривших лиц, искренно хотевших чем-либо отблагодарить его или услужить ему. В действительности, тщательно скрывая от людей свое подвижничество, отец Иоанн был величайшим аскетом. В основе его аскетического подвига лежала непрестанная молитва и пост.

Полученные же пожертвования раздавал все, до последней копейки. Так, например, получив однажды при громадном стечении народа пакет из рук купца, отец Иоанн тотчас же передал его в протянутую руку бедняка, не вскрывая даже пакета. Купец взволновался: «Батюшка, да там тысяча рублей!» - «Его счастье», спокойно ответил отец Иоанн. Иногда, однако, он отказывался принимать от некоторых лиц пожертвования. Известен случай, когда он не принял от одной богатой дамы 30 000 рублей. В этом случае проявилась прозорливость отца Иоанна, ибо эта дама получила эти деньги нечистым путем, в чем после и покаялась.

Был отец Иоанн и замечательным проповедником, причем говорил он весьма просто и чаще всего без особой подготовки - экспромтом. Он не искал красивых слов и оригинальных выражений, но проповеди его отличались необыкновенной силой и глубиной мысли, а вместе с тем и исключительной богословской ученостью, при всей своей доступности для понимания даже простыми людьми. В каждом слове его чувствовалась какая-то особенная сила, как отражение силы его собственного духа.

"Всероссийский батюшка" (как называли отца Иоанна) сам постоянно путешествовал по стране, посещая самые глухие ее уголки. Эти поездки были настоящим триумфом смиренного Христова служителя. Всюду, где бы он ни показался, около него мгновенно вырастала толпа жаждавших хотя бы лишь прикоснуться к чудотворцу. Стечение народа определялось десятками тысяч, и все бывали объяты чувствами сердечной веры и благоговения, страхом Божьим и жаждою получить целительное благословение. Во время проезда отца Иоанна на пароходе толпы народа бежали по берегу, многие при приближении парохода становились на колени.

Когда 20 июля 1890 года Иоанн Кронштадтский служил в соборном храме Харькова, на Соборной площади собралось свыше 60 000 человек. Точно такие же сцены происходили в поволжских городах: в Самаре, Саратове, Казани, Нижнем Новгороде. Где только становилось известно о его приезде, заранее собиралось множество людей: вокруг него собирались толпы и буквально рвали его одежду (один раз жители Риги разорвали его рясу на куски, каждый желая иметь у себя кусочек).

Распорядок дня Иоанна Кронштадтского

В этом доме на втором этаже находилась квартира причта Андреевского собора — Иоанн Кронштадтский жил в ней с 1855 по 1908 год

Вставал отец Иоанн ежедневно в 3 часа ночи и готовился к служению Божественной литургии.

При Иоанне Кронштадтском дом был двухэтажным, но в советское время к нему пристроили еще два этажа, что сильно запутало историков когда искали квартиру. На фото: макет дома, как он выглядел раньше

Около 4 часов он отправлялся в собор к утреней. Здесь его уже встречали толпы паломников, жаждавших получить от него хотя бы благословение. Тут же было и множество нищих, которым отец Иоанн раздавал милостыню.

Гостиная квартиры-музея Иоанна Кронштадтского

За утреней отец Иоанн непременно сам всегда читал канон, придавая этому чтению большое значение. Перед началом литургии была исповедь.

Из-за громадного количества желавших исповедоваться у отца Иоанна, им была введена общая исповедь. Производила она - эта общая исповедь - на всех участников и очевидцев потрясающее впечатление: многие каялись вслух, громко выкрикивая, не стыдясь и не стесняясь, свои грехи. Андреевский собор, вмещавший до 5 000 человек, всегда бывал полон, а потому очень долго шло причащение, и литургия раньше 12 часов дня не оканчивалась. В иные дни он исповедовал по 12 часов и причащал за службой непрерывно в продолжение 3-4 часов.

Проповедь в Андреевском соборе Кронштадта.

По свидетельству очевидцев и сослуживших отцу Иоанну, совершение отцом Иоанном Божественной литургии не поддается описанию. Служба отца Иоанна представляла собою непрерывный горячий молитвенный порыв к Богу. Во время службы он был воистину посредником между Богом и людьми, хода́таем за грехи их, был живым звеном, соединявшим Церковь земную, за которую он предстательствовал, и Церковь небесную, среди членов которой он витал в те минуты духом. Чтение отца Иоанна на клиросе было не простое чтение, а живая восторженная беседа с Богом и Его святыми: читал он громко, отчетливо, проникновенно, и голос его проникал в самую душу молящихся. А за Божественной литургией все возгласы и молитвы произносились им так, как будто своими просветленными очами лицом к лицу видел он пред собою Господа и разговаривал с Ним. Слезы умиления лились из его глаз, но он не замечал их. Видно было, что отец Иоанн во время Божественной литургии переживал всю историю нашего спасения, чувствовал глубоко и сильно всю любовь к нам Господа, чувствовал Его страдания. Такое служение необычайно действовало на всех присутствующих.

Не все шли к нему с твердой верой: некоторые с сомнением, другие с недоверием, а третьи из любопытства. Но здесь все перерождались и чувствовали, как лед сомнения и неверия постепенно таял и заменялся теплотою веры. Причащающихся после общей исповеди бывало всегда так много, что на святом престоле стояло иногда несколько больших чаш, из которых несколько священников приобщали верующих одновременно. И такое причащение продолжалось нередко более 2-х часов.

Во время службы письма и телеграммы приносились отцу Иоанну прямо в алтарь, и он тут же прочитывал их и молился о тех, кого просили его помянуть.

После службы, сопровождаемый тысячами верующих, отец Иоанн выходил из собора и отправлялся в Петербург по бесчисленным вызовам к больным. И редко когда возвращался домой ранее полуночи. Надо полагать, что многие ночи он совсем не имел времени спать.

Так жить и трудиться можно было, конечно, только при наличии сверхъестественной благодатной помощи Божьей!

Преподавательская деятельность

Иоанн Кронштадтский был и замечательным педагогом-законоучителем. Свыше 25 лет он преподавал Закон Божий в Кронштадтском Городском училище (с 1857г.) и Кронштадтской классической гимназии (с 1862г).

Он никогда не прибегал к тем приемам преподавания, которые часто имели место тогда в наших учебных заведениях, то есть ни к чрезмерной строгости, ни к нравственному принижению неспособных. У отца Иоанна мерами поощрения не служили отметки, ни мерами устрашения наказания. Успехи рождало теплое, задушевное отношение его как к самому делу преподавания, так и к ученикам. Поэтому у него не было «неспособных».

На его уроках все, без исключения, жадно вслушивались в каждое его слово. Урока его ждали. Уроки его были скорее удовольствием, отдыхом для учащихся, чем тяжелой обязанностью, трудом. Это была живая беседа, увлекательная речь, интересный, захватывающий внимание рассказ. И эти живые беседы пастыря-отца со своими детьми на всю жизнь глубоко запечатлевались в памяти учащихся. Такой способ преподавания он в своих речах, обращаемых к педагогам перед началом учебного года, объяснял необходимостью дать отечеству прежде всего человека и христианина, отодвигая вопросы о науках на второй план.

Нередко бывали случаи, когда отец Иоанн, заступившись за какого-нибудь ленивого ученика, приговоренного к исключению, сам принимался за его исправление. Проходило несколько лет и из ребенка, не подававшего, казалось, никаких надежд, вырабатывался полезный член общества.

Особенное значение отец Иоанн придавал чтению житий святых, и всегда приносил на уроки отдельные жития, которые раздавал учащимся для чтения на дому.

В 1887 году Иоанн Кронштадтский был вынужден оставить преподавательскую деятельность.

Духовный дневник «Моя жизнь во Христе»

Несмотря на всю свою необыкновенную занятость, отец Иоанн находил, однако, время вести как бы духовный дневник, записывая ежедневно свои мысли, приходившие ему во время молитвы и созерцания. Эти мысли составили собою замечательную книгу, изданную под заглавием «Моя жизнь во Христе».

Всю свою жизнь в Кронштадте св.Иоанн вел духовный дневник — более 50 лет. Выписки из него были изданы в двух томах под названием "Моя жизнь во Христе" еще во времена св.Иоанна. После Второй мировой войны часть дневников была утеряна.

Книга эта представляет собою подлинное духовное сокровище и может быть поставлена наравне с вдохновенными творениями древних великих отцов Церкви и подвижников христианского благочестия. В полном собрании сочинений Иоанна Кронштадтского издания 1893 года «Моя жизнь во Христе» занимает 3 тома в 1000 с лишним страниц. Это - совершенно своеобразный дневник, в котором мы находим необыкновенно поучительное для каждого читателя отражение духовной жизни автора. Каждое слово - от сердца, полно веры и огня; в мыслях - изумительная глубина и мудрость; во всем поразительная простота и ясность. Нет ни одного лишнего слова, нет «красивых фраз». Их нельзя только «прочитать» - их надо всегда перечитывать, и всегда найдешь в них что-то новое, живое, святое.

«Моя жизнь во Христе» уже вскоре после своего выхода в свет, настолько привлекла к себе всеобщее внимание, что была переведена на несколько иностранных языков, а у англиканских священников сделалась даже любимейшей настольной книгой.

Книга эта на вечные времена останется ярким свидетельством того, как жил наш великий праведник и как должно жить всем тем, кто хотят не только называться, но и в действительности быть христианами.

Основная мысль всех письменных творений Иоанна Кронштадтского - необходимость истинной горячей веры в Бога и жизни по вере, в непрестанной борьбе со страстями и похотями, преданность вере и Церкви Православной, как единой спасающей.

Общественно-политическая позиция

Будучи сам образом кротости и смирения, любви к каждому человеку, независимо от национальности и вероисповедания, Иоанн Кронштадтский с великим негодованием относился ко всем тем безбожным, материалистическим и вольнодумным либеральным течениям, которые подрывали веру русского народа и подкапывали тысячелетний государственный строй России.

Революционные катаклизмы, в том числе в Кронштадте, Иоанн Кронштадтский воспринимал как беснование, утверждал, что «если в России так пойдут дела, и безбожники и анархисты-безумцы не будут подвержены праведной каре закона, и если Россия не очистится от множества плевел, то она опустеет, как древние царства и города».

Объектом особых опасений Иоанна Кронштадтского была деятельность революционной антицерковной интеллигенции. Главной причиной революционного брожения в России он считал отпадение людей от Церкви.

С начала 1890-х он резко критиковал популярного и влиятельного в обществе писателя графа Льва Толстого. Критиковал за то, что последний «извратил весь смысл христианства», «задался целью… всех отвести от веры в Бога и от Церкви», «глумится над Священным Писанием», «хохотом сатанинским насмехается над Церковью», «погибает вместе с последователями». Считал, что учение Толстого усилило «развращение нравов» общества, что его писаниями «отравлено множество юношей и девиц», что толстовцы «испровергают Россию и готовят ей политическую гибель».

После 1905 года и последовавшей либерализации цензуры, в русской прессе стали печатать негативные статьи и карикатуры на Иоанна Кронштадтского, порой носившие непристойный и насмешливый характер. Его критиковали за выступления против Толстого, за резкое неприятие революционного движения и поддержку самодержавной формы правления. В газетах писали, что Иоанн Кронштадтский окружил себя недостойными людьми, разворовавшими значительную часть пожертвований, которые контролировали общение паломников с ним, допуская преимущественно тех, с кого можно было получить мзду; что особой статьей доходов стало распространение молитв, якобы составленных Иоанном Кронштадтским, крестиков и др. предметов, «освященных» им.

Самым заметным антицерковным произведением стала повесть Николая Лескова «Полунощники» (1890). В значительной своей части повесть критически освещает деятельность Иоанна Кронштадтского. Пастырь был изображен как псевдоцелитель, а его сторонники - как сектанты.

В 1880-е из среды его почитателей обособилась группа фанатичных поклонников, получившая наименование иоаннитов , которые почитали его за воплотившегося вновь Христа (что расценивалось как разновидность секты хлыстов; были признаны Святейшим Синодом как секта 12 апреля 1912 года); сам отец Иоанн их отвергал и осуждал, но само её наличие создавало в определённых кругах скандальную репутацию.

Кончина Иоанна Кроншадтского

К тяжелому подвигу служения людям в последние годы жизни Иоанна Кронштадтского присоединился мучительный личный недуг - болезнь, которую он кротко и терпеливо переносил, никому никогда не жалуясь. Решительно отверг он предписания знаменитых врачей, пользовавших его, - поддерживать свои силы скоромной пищей. Вот его слова: «Благодарю Господа моего за ниспосланные мне страдания для предочищения моей грешной души. Оживляет - Святое Причастие».

Хотя болезнь причиняла много страданий, однако Батюшка не изменял своему правилу — ежедневно совершал богослужение, причащаясь Святых Христовых Тайн. Только в последние дни своей жизни он не мог совершать литургии и причащался на дому. В последний раз он отслужил литургию в Андреевском соборе 9 декабря.

Отец Иоанн точно предсказал день своей кончины. 18 декабря, как бы забывшись, он спросил игуменью Ангелину: « Которое сегодня число?» Она ответила: «Восемнадцатое». «Значит, еще два дня», — сказал в раздумье Батюшка. Незадолго до смерти он разослал всем почтальонам, рассыльным и т. п. людям, исполнявшим его поручения, праздничные открытки на Рождество Христово. «А то и вовсе не получат», — прибавил он.

Всероссийский пастырь скончался 20 декабря (по старому стилю) 1908 года на 80-м году жизни и был погребен в Иоанновском монастыре на Карповке в Санкт – Петербурге.

В погребении Иоанна Кронштадтского участвовали и присутствовали десятки тысячи людей, а у гробницы его и тогда и в последующее время совершалось немало чудес.

Необычайны то были похороны! Гроб с телом Иоанна Кронштадтского был выставлен в Андреевском соборе для прощания. Народ беспрерывно шёл в храм всю ночь с 21 на 22-е декабря. На всем пространстве от Кронштадта до Ораниенбаума и от Балтийского вокзала в Петербурге до Иоанновского монастыря на Карповке стояли огромные толпы плачущего народа. Такого количества людей не было до того времени ни на одних похоронах - это был случай в России совершенно беспримерный.

Похоронное шествие сопровождалось войсками со знаменами, военные оркестры исполняли «Коль славен», по всей дороге через весь город стояли войска шпалерами. Чин отпевания совершал С.-Петербургский Митрополит Антоний, во главе сонма епископов и многочисленного духовенства. Лобызавшие руку покойного свидетельствуют, что рука оставалась не холодной, не окоченевшей. Заупокойные службы сопровождались общими рыданиями людей, чувствовавших себя осиротевшими. Слышались возгласы: «Закатилось наше солнышко! На кого покинул нас, отец родной? Кто придет теперь на помощь нам, сирым, немощным?» Но в отпевании не было ничего скорбного: оно напоминало собою скорее светлую пасхальную заутреню, и чем дальше шла служба, тем это праздничное настроение у молящихся все росло и увеличивалось. Чувствовалось, что из гроба исходит какая-то благодатная сила и наполняет сердца присутствующих какою-то неземною радостью. Для всех ясно было, что в гробу лежит святой, праведник, и дух его незримо носится в храме, объемля своею любовью и ласкою всех собравшихся отдать ему последний долг.

Катафалк с гробом Иоанна Кронштадтского около Андреевского собора

Похоронная процессия с гробом Иоанна Кронштадтского на льду Финского залива

Вдова Елизавета Константиновна пережила отца Иоанна всего на несколько месяцев, и была похоронена 24 мая 1909 года на кладбище у Андреевского собора (в конце жизни Елизавета Константиновна перенесла тяжелую операцию, после которой лишилась ног) .

Мощи Иоанна Кронштадтского

Иоанновский монастырь на Карповке

Мощи праведного Иоанна Кронштадтского покоятся под спудом в Иоанновском монастыре на Карповке .

Надгробие над мощами Иоанна Кронштадского в Иоанновском монастыре в С.-Петербурге

Здесь же находятся известная икона святого Иоанна с его епитрахилью и его облачения.

Частица епитрахили имеется также в Троице-Измайловском соборе Санкт-Петербурга, в иконе, являющейся точным списком с монастырской иконы.

В Москве икона Иоанна Кронштадтского с частицей мощей находится в Храме преподобного Сергия Радонежского (Троицы Живоначальной) в Рогожской Слободе (м."Площадь Ильича",ул. Николоямская, 57-59).

Храм преподобного Сергия Радонежского (Троицы Живоначальной) в Рогожской слободе

Причисление его к лику святых – канонизация – состоялось в 1990 г.

Ему молятся во всякой семейной и бытовой нужде и в болезнях, а также об избавлении от пьянства.

Изречения:

– «Нужно любить всякого человека и в грехе его и в позоре его. Не нужно смешивать человека – этот образ Божий – со злом, которое в нём».
– «Ты ненавидишь врага – ты глуп… люби врага – и ты будешь премудр».
– «Надо помнить, что в том и христианская вера состоит, чтобы любить врагов».
– «Смотри на всякого человека, домашний он или чужой, как на всегдашнюю новость в мире Божием, как на величайшее чудо Божией премудрости и благости, и привычка твоя к нему да не послужит для тебя поводом к пренебрежению его. Почитай и люби его, как себя, постоянно, неизменно».
– «Что такое души человеческие? Это одна и та же душа, или одно и то же дыхание Божие, которое вдохнул Бог в Адама, которое от Адама и доселе распространяется на весь род человеческий. Все люди поэтому всё равно, что один человек, или одно великое древо человечества».
– «Молитесь, Господь поможет вам по вере вашей».
– «Я предвижу восстановление мощной России, ещё более сильной и могучей. На костях мучеников, как на крепком фундаменте, будет воздвигнута Русь новая – по старому образцу, крепкая своею верою во Христа Бога и Святую Троицу; и будет, по завету великого князя Владимира – как единая Церковь… Перестали понимать русские люди, что такое Русь: она есть Подножие Престола Господня. Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он русский».
– «Демократия в Аду, а на небесах – Царство Божье».
– «Не будьте беспощадными судиями людей, работающих Богу и впадающих в жизни в противоречие самим себе, то есть своему благочестию; их поставляет в противоречие самим себе диавол, злой сопротивник их; он сильно хватается зубами своими за их сердце, нудит их делать противное».